По-настоящему сильно я психую тихо. Вообще молча. Но волны концентрированной ненависти от меня, наверное, ловятся на ура.

Я была бы рада, если бы у меня был человек, способный меня успокоить, утишить. Но я не знаю, есть ли он у меня.